Александр Ведерников, дирижер
Russian Life, USA, сентябрь/октябрь 2001 г.
В зависимости от того, кого вы спросите, у Александра Ведерникова либо самая завидная, либо самая неблагодарная работа в российском искусстве.
В июне, когда вокруг руководства Большого театра в очередной раз разразилась буря, Ведерников, дирижер-симфонист, находился в Нидерландах, где записывал программу современной нидерландской музыки с Оркестром Нидерландского радио. На другом конце провода был Михаил Швыдкой, министр культуры России. Швыдкой звонил, чтобы предложить 37-летнему Ведерникову пост главного дирижера Большого театра взамен ушедшего в отставку семидесятилетнего Геннадия Рождественского. Последний покинул пост художественного руководителя менее чем через год работы, назвав слабую дисциплину, финансовые и организационные проблемы театра неразрешимыми.
«Честно говоря, у меня было сильное желание отказаться, — признался Ведерников. — Однако я понимал, что от подобных вещей стоит отказываться только в том случае, если ты уверен, что у тебя нет ни малого шанса что-либо изменить. А у меня этот шанс есть...»
У Ведерникова есть этот шанс, потому что он молод, одарен и прекрасно знает устройство этого мира: его отец и полный тезка был легендарным басом Большого театра на протяжении сорока лет.
Выпускник Московской консерватории, Ведерников начинал свой путь в Музыкальном театре имени К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко, пройдя путь до второго дирижера. С 1995 года он являлся художественным руководителем и главным дирижером «Русской филармонии», одновременно регулярно выезжая на гастроли за рубеж в качестве приглашенного дирижера иностранных оркестров, где принял участие в записи нескольких альбомов, получивших высокое признание критиков. Он продирижировал спектаклями в миланском Ла Скала, туринском Реджо, венецианском Ла Фениче, в Дрездене, лондонском Ковент-Гардене и Буэнос-Айресе — и это лишь малая часть его географии.
С назначением в Большой театр, как отметила обозреватель еженедельника «Культура» Наталья Шадрина, «Александр Ведерников, безусловно, совершил серьезный прорыв в своей карьере. До сих пор он в основном продирижировал спектаклями текущего репертуара в западных оперных домах — Ла Скала или Ковент-Гардене. Что же касается его симфонической карьеры, то, хотя он и сотрудничал с крупными оркестрами, он еще не был полновластным хозяином подобного коллектива. Большой театр — место, конечно, опасное, но оно всегда прибавляет мировой славы».
Для любого молодого музыканта это стало бы крещением огнем, однако генеральный директор Большого театра Анатолий Иксанов, отвечающий за административную сторону, заявив, что Большой театр у Ведерникова в крови, выразил уверенность в его готовности к этой задаче: «Он работал за рубежом с самыми известными организациями, и... о нем говорят как об очень хорошем человеке с точки зрения человеческих взаимоотношений».
Последним замечанием Иксанов, по всей видимости, противопоставлял Ведерникова Рождественскому. Однако молодой дирижер проявил дипломатичность, высказав глубокое уважение к Рождественскому как к музыканту: «Ситуация, наверное, действительно сложная, но всё зависит от выводов, которые вы из нее делаете». Ведерников также отметил, что не видит себя руководителем балета театра, поскольку им уже руководит Борис Акимов. «Моя должность будет ограничена исключительно музыкальным руководством», — подчеркнул Ведерников. Сообщается, что должность художественного руководителя театра будет упразднена.
Это действительно ознаменовало бы разрыв с прошлым, когда художественный руководитель Большого театра де-факто являлся самодержцем знаменитой сцены. Положение дел изменилось после скандального увольнения Владимира Васильева в прошлом году, когда руководство театром было разделено на административный и художественный блоки.
В то время как многие спешат сгущать краски вокруг текущего положения дел в Большом, Ведерников утверждает: «Ситуация не столь плачевна, как может показаться. Сейчас всё упирается в методологию — в тип творческого, а не административного управления». Тем не менее Ведерников выразил надежду приблизить структуру и систему управления Большого театра «к мировым стандартам», что, в частности, может означать более широкое применение контрактной системы.
На данный момент Ведерников не раскрыл, каков будет его премиальный спектакль — событие, которое многие истолковали бы как его творческий манифест. Все, что он сообщил — это то, что Большой театр поставит оперу «Хованщина» (музыка Бориса Мусоргского) во второй половине этого, 225-го по счету, сезона.
При хоть сколько-нибудь благоприятном стечении обстоятельств назначение Ведерникова положит конец смуте, охватившей главный театр страны, национальную гордость и самую драгоценную «валюту» России, позволив ему сосредоточиться на искусстве. Ибо, как сказал Ведерников в одном из недавних телевизионных интервью, Большой театр «должен вызывать интерес по причинам художественным, а не потому, что кого-то назначили или уволили».
Source.
В июне, когда вокруг руководства Большого театра в очередной раз разразилась буря, Ведерников, дирижер-симфонист, находился в Нидерландах, где записывал программу современной нидерландской музыки с Оркестром Нидерландского радио. На другом конце провода был Михаил Швыдкой, министр культуры России. Швыдкой звонил, чтобы предложить 37-летнему Ведерникову пост главного дирижера Большого театра взамен ушедшего в отставку семидесятилетнего Геннадия Рождественского. Последний покинул пост художественного руководителя менее чем через год работы, назвав слабую дисциплину, финансовые и организационные проблемы театра неразрешимыми.
«Честно говоря, у меня было сильное желание отказаться, — признался Ведерников. — Однако я понимал, что от подобных вещей стоит отказываться только в том случае, если ты уверен, что у тебя нет ни малого шанса что-либо изменить. А у меня этот шанс есть...»
У Ведерникова есть этот шанс, потому что он молод, одарен и прекрасно знает устройство этого мира: его отец и полный тезка был легендарным басом Большого театра на протяжении сорока лет.
Выпускник Московской консерватории, Ведерников начинал свой путь в Музыкальном театре имени К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко, пройдя путь до второго дирижера. С 1995 года он являлся художественным руководителем и главным дирижером «Русской филармонии», одновременно регулярно выезжая на гастроли за рубеж в качестве приглашенного дирижера иностранных оркестров, где принял участие в записи нескольких альбомов, получивших высокое признание критиков. Он продирижировал спектаклями в миланском Ла Скала, туринском Реджо, венецианском Ла Фениче, в Дрездене, лондонском Ковент-Гардене и Буэнос-Айресе — и это лишь малая часть его географии.
С назначением в Большой театр, как отметила обозреватель еженедельника «Культура» Наталья Шадрина, «Александр Ведерников, безусловно, совершил серьезный прорыв в своей карьере. До сих пор он в основном продирижировал спектаклями текущего репертуара в западных оперных домах — Ла Скала или Ковент-Гардене. Что же касается его симфонической карьеры, то, хотя он и сотрудничал с крупными оркестрами, он еще не был полновластным хозяином подобного коллектива. Большой театр — место, конечно, опасное, но оно всегда прибавляет мировой славы».
Для любого молодого музыканта это стало бы крещением огнем, однако генеральный директор Большого театра Анатолий Иксанов, отвечающий за административную сторону, заявив, что Большой театр у Ведерникова в крови, выразил уверенность в его готовности к этой задаче: «Он работал за рубежом с самыми известными организациями, и... о нем говорят как об очень хорошем человеке с точки зрения человеческих взаимоотношений».
Последним замечанием Иксанов, по всей видимости, противопоставлял Ведерникова Рождественскому. Однако молодой дирижер проявил дипломатичность, высказав глубокое уважение к Рождественскому как к музыканту: «Ситуация, наверное, действительно сложная, но всё зависит от выводов, которые вы из нее делаете». Ведерников также отметил, что не видит себя руководителем балета театра, поскольку им уже руководит Борис Акимов. «Моя должность будет ограничена исключительно музыкальным руководством», — подчеркнул Ведерников. Сообщается, что должность художественного руководителя театра будет упразднена.
Это действительно ознаменовало бы разрыв с прошлым, когда художественный руководитель Большого театра де-факто являлся самодержцем знаменитой сцены. Положение дел изменилось после скандального увольнения Владимира Васильева в прошлом году, когда руководство театром было разделено на административный и художественный блоки.
В то время как многие спешат сгущать краски вокруг текущего положения дел в Большом, Ведерников утверждает: «Ситуация не столь плачевна, как может показаться. Сейчас всё упирается в методологию — в тип творческого, а не административного управления». Тем не менее Ведерников выразил надежду приблизить структуру и систему управления Большого театра «к мировым стандартам», что, в частности, может означать более широкое применение контрактной системы.
На данный момент Ведерников не раскрыл, каков будет его премиальный спектакль — событие, которое многие истолковали бы как его творческий манифест. Все, что он сообщил — это то, что Большой театр поставит оперу «Хованщина» (музыка Бориса Мусоргского) во второй половине этого, 225-го по счету, сезона.
При хоть сколько-нибудь благоприятном стечении обстоятельств назначение Ведерникова положит конец смуте, охватившей главный театр страны, национальную гордость и самую драгоценную «валюту» России, позволив ему сосредоточиться на искусстве. Ибо, как сказал Ведерников в одном из недавних телевизионных интервью, Большой театр «должен вызывать интерес по причинам художественным, а не потому, что кого-то назначили или уволили».
Source.