<Переведено с датского автоматически>
Odense Koncerthus. Из всей русской классической музыки за рубежом по-настоящему известны и популярны, пожалуй, лишь около двух десятков произведений. Два сочинения в программе «Четвергового концерта» на этой неделе определенно к ним не относились, однако Третья симфония Чайковского и — особенно — хоровое произведение Рахманинова «Колокола» оказались весьма увлекательным знакомством.
Третья симфония Чайковского находится в полной тени четвертой, пятой и шестой, и с первого взгляда это вполне объяснимо. В ней нет той эмоциональной напряженности и драматически обоснованной структуры, как в последующих симфониях, а красивые мелодии, которые обычно являются козырем Чайковского, здесь распределены довольно скупо. Но у симфонии есть ряд черт, делающих ее интересной самой по себе, например, пятичастная форма и множество танцевальных эпизодов. Лучше всего, пожалуй, удались три последние части: медленная часть с типичной для Чайковского лирикой, скерцо и великолепный, эффектный финал. В целом, однако, она кажется затянутой. Симфонический оркестр Радио (DR Symfoniorkestret) играл блестяще под руководством Александра Ведерникова, музыкального руководителя Большого театра в Москве. Он, возможно, больше относится к типу солидного капельмейстера, нежели визионера-вдохновителя, но всё было четко расставлено по местам, и оркестр, судя по всему, получал удовольствие от игры с ним.
«Колокола» Рахманинова вполне могли бы претендовать на звание незаслуженно забытого шедевра. Написанное на русский перевод стихотворения Эдгара Аллана По «Колокола», это произведение повествует о колоколах, которые в четырех различных жизненных ситуациях напоминают нам о вечности.
Эта музыка представляет Рахманинова в момент его наивысшего вдохновения. Звучание колоколов с их особым обертоновым составом, безусловно, наложило отпечаток на музыку, но, кроме того, диапазон выразительных средств здесь шире, чем зачастую у Рахманинова, и достигает кульминации в траурной музыке последней части.
Хор Радио в своем самом многочисленном составе пел великолепно и без труда пробивался сквозь мощное звучание оркестра. В качестве солистов удалось найти настоящее «трио мечты»: прекрасно звучащее сопрано Екатерина Щербаченко и юношески живой тенор Роман Шулаков. Однако главный триумф достался баритону Сергею Лейферкусу в заключительной части, в которой он доминировал своим великолепным голосом и волнами авторитета. Высочайшее вокальное искусство в произведении, которое, к сожалению, звучит слишком редко.
Source.
Odense Koncerthus. Из всей русской классической музыки за рубежом по-настоящему известны и популярны, пожалуй, лишь около двух десятков произведений. Два сочинения в программе «Четвергового концерта» на этой неделе определенно к ним не относились, однако Третья симфония Чайковского и — особенно — хоровое произведение Рахманинова «Колокола» оказались весьма увлекательным знакомством.
Третья симфония Чайковского находится в полной тени четвертой, пятой и шестой, и с первого взгляда это вполне объяснимо. В ней нет той эмоциональной напряженности и драматически обоснованной структуры, как в последующих симфониях, а красивые мелодии, которые обычно являются козырем Чайковского, здесь распределены довольно скупо. Но у симфонии есть ряд черт, делающих ее интересной самой по себе, например, пятичастная форма и множество танцевальных эпизодов. Лучше всего, пожалуй, удались три последние части: медленная часть с типичной для Чайковского лирикой, скерцо и великолепный, эффектный финал. В целом, однако, она кажется затянутой. Симфонический оркестр Радио (DR Symfoniorkestret) играл блестяще под руководством Александра Ведерникова, музыкального руководителя Большого театра в Москве. Он, возможно, больше относится к типу солидного капельмейстера, нежели визионера-вдохновителя, но всё было четко расставлено по местам, и оркестр, судя по всему, получал удовольствие от игры с ним.
«Колокола» Рахманинова вполне могли бы претендовать на звание незаслуженно забытого шедевра. Написанное на русский перевод стихотворения Эдгара Аллана По «Колокола», это произведение повествует о колоколах, которые в четырех различных жизненных ситуациях напоминают нам о вечности.
Эта музыка представляет Рахманинова в момент его наивысшего вдохновения. Звучание колоколов с их особым обертоновым составом, безусловно, наложило отпечаток на музыку, но, кроме того, диапазон выразительных средств здесь шире, чем зачастую у Рахманинова, и достигает кульминации в траурной музыке последней части.
Хор Радио в своем самом многочисленном составе пел великолепно и без труда пробивался сквозь мощное звучание оркестра. В качестве солистов удалось найти настоящее «трио мечты»: прекрасно звучащее сопрано Екатерина Щербаченко и юношески живой тенор Роман Шулаков. Однако главный триумф достался баритону Сергею Лейферкусу в заключительной части, в которой он доминировал своим великолепным голосом и волнами авторитета. Высочайшее вокальное искусство в произведении, которое, к сожалению, звучит слишком редко.
Source.
Микаэль ГАРНЕС, Kristeligt Dagblad, 29.09.2007
Из сокровищницы русской культуры. Забытые произведения Чайковского и Рахманинова — весьма увлекательное знакомство
